Главная   Форум  
25.09.2016
Главная
Главная
Поиск
Новости
Статьи
Ссылки
Форум
редактор
Контакты
Лакская литература
22.09.2007

ЛАКСКАЯ ЛИТЕРАТУРА. — Как большинство лит-р колонизированного царизмом Востока, письменная Л. л. развивалась медленно, обслуживая почти исключительно образованную верхушку господствующих классов. В развитии Л. л. можно наметить три основные эпохи: лит-ру феодального периода, лит-ру эпохи русского завоевания и лит-ру послеоктябрьского периода. В лит-ре первых двух периодов господствующее место занимает религиозная поэзия и религиозно-дидактическая лит-ра: грамотными были почти исключительно представители духовенства, записывавшие только те произведения, которые должны были служить интересам пропаганды ислама. Основные мотивы религиозной поэзии: восхваление аллаха и его пророков, толкование в стихах догматов Корана. В значительной части эта поэзи не оригинальная, а переводная, и главнейшие ее представители заслуживают скорее названия переводчиков. Таков Магомед Балхарский (Маллай), издавший в начале XX в. (после организации в Темир-Хан-Шуре мусульманской литографии) сб. стих. «Мажмуатул Ашар». В этом сборнике помещены произведения Заида Койкинского, описывающие смерть шейха Гаджи-Мусы-Гаджи и его мюридов, произведения самого шейха Гаджи-Мусы-Гаджи и др. Из других произведений религиозной поэзии следует отметить: 2 сборника Гази-Сейд-Гусейнова: «Анhаруд-Думуэ» (Река слез), описывающая жизнь и страдания Гасана и Гусейна, сыновей пророка Али, и «Киссатуль-Анбия», содержащая легендарные биографии пророков; религиозно-дидактические произведения Омара Балкаринского «Бустануль Хокук» (Сад истины) и «Мовлуд» (легендарная биография Мухаммеда); «Tohpatul madanija» (Подарок из Медины) Абдул Керима Кумухского, эротико-мистические произведения паши Бачинского, Ума-хана Качаева и др. Все эти произведения почти недоступны широкой массе лаков, так как яз. их насыщен арабизмами.

В дальнейшем мотивы религиозные в Л. л. переплетаются с мотивами национально-шовинистическими, а частью — с национально-революционными; глубочайшая ненависть к угнетателям, представителям русского самодержавия, соединяется с настроениями панисламизма и пропагандой объединения с султанской Турцией. К лит-ре этого периода относятся: творчество ученого арабиста, знатока персидской и арабской лит-ры Юсуфа Кади Муркилинского [ум. в 1918], пытающегося перенести в лакскую поэзию формы арабско-персидской газелы и касыды («Газалий», «Касидет» и др.); его лирические произведения используют весь комплекс традиционной тематики арабо-персидской любовной лирики; в его последних произведениях преобладают мотивы резиньяции и недовольства жизнью:

«Правды в жизни нигде не видел,
Все, что видел — только ложь видел...»


пишет он, подражая тюркскому поэту Вакыфу; произведения большого мастера слова — Шафи-Ницовкринского [ум. в 1918], наряду с лирическими произведениями написавшего ряд поэм: «Низложение султана Абдул-Гамида и балканская война», «Европейская война», «Японская война», ряд диалогов: «Каусарат», «Берлинаву барышня» и др.; песни Будугая Мусы, написанные в Сибири (куда он был выслан за участие в восстании 1877), песни, полные проклятий предателям и надежд на грядущее отмщение; песни Гасана Гузунова, указывающие на ошибки, связанные с восстанием 1877. От этих песен резко отличаются своим революционным содержанием произведения старого революционера-коммуниста Саида Габиева, основателя и редактора первой лакской газ. «Заря Дагестана» (издавалась в СПБ в 1912). К этому же периоду следует отнести ряд писателей, последние годы деятельности которых по времени совпадают уже с послеоктябрьской эпохой, но творчество к-рых обращено еще к прошлому. Таков уже упомянутый ученый арабист Гасан Гузунов (род. в 1854 в Казикумухе), автор трактатов по астрономии и богословию и поэтических произведений на политические (восстание Шамиля) и любовные темы.

Ряд писателей послеоктябрьской эпохи следует начать именем безвременно погибшего Гаруна Саидова (род. в селении Вачи в 1891, расстрелян белыми в Кумухе в 1919), основателя лакской газ. «Ильчи», автора ряда стихотворных и прозаических произведений и первой социальной драмы на лакском яз. — «Калайчитал», рисующей тяжелую жизнь лакских кустарей-лудильщиков. К послеоктябрьской Л. л. относится и творчество Саида Габиева. Им написан сб. стих. «Звуки лакской чунгуры» [1927], «Сааз Саида» (на русск. яз.), повесть «В народ», а также ряд исследований по истории («Мюридизм на Кавказе», в газете «Красный Дагестан»). Интересна фигура Хаджи-Мурада Амитаева (Лутфи) [ум: в 1918]. Бедняк по происхождению, не получивший образования, Амитаев издавал в 1910 в Дербенте газету на тюркском яз., резко нападая на духовенство и лакскую буржуазию, изобличая их продажность, фанатизм, невежество и лицемерие и пародируя при этом их стиль. Ему принадлежат комедия из жизни торговцев и сборник «Асарул-Лутфи».

Из современных поэтов следует отметить: Ахмеда Каради Заку-Задэ (Курди), Муеддина (Мурада) Чаринова и Ибрагим Халил Курбан Алиева.

Ахмед Каради-Заку-Задэ — прозаик и научный работник, автор психологического романа «Обманутое чувство», психологических этюдов «Любовь» и «Уроки психологии»; им написан также ряд стихотворений на национально-освободительн. темы: «Проснитесь, лаки», «На арчинских горах», «Свободное человечество» и др.; после революции редактировал одно время газ. «Ильчи» и «Чанна Цуку» (Полярная звезда), в настоящее время ведет научно-педагогическую работу в Азербайджане. Чаринов [p. в 1893] — поэт, исследователь лакского фольклора и автор драматической поэмы «Габибат и Гаджияу» [1919], исторической драмы «Шахалай», драмы на тему борьбы революционно настроенной молодежи с средневековым бытом — «Шумайсат», «Будущий век» и «Лучи солнца». В лирике Чаринова мотивы социально-бытового характера переплетаются с национальной романтикой; ему принадлежит также ряд переводов на лакский яз. из Лермонтова, Гейне, Шекспира и др. Курбан Алиев — автор революционных песен молодежи, редактор ныне существующей лакской газ. «Захматчи» (Труженик); его стихи, собранные в «Книге для взрослых» — «Серп и молот», «Трактор» — создают совершенно новый стиль в лакской поэзии, решительно порывая с формами прошлого.

Из молодых писателей надо отметить еще Гусейна-Гази Гитинаева, автора ряда стихотворений на революционные и социальные темы («Привет Октябрьской революции», «Лаккудару» и пьеса «Давуд и Лейла» и др.), Абдурахмана Омаршаева, автора песен на бытовые темы, Хаджи-Мурада Аминова, автора комедии «Иниль Эму», Магомет-хана Пашаева, автора драм «Три сестры», «Пастух» и драматической поэмы «Омар и Айшет», Исмаила Эффендиева, А. Магомедова, А. Таджиева, М. Алиева, С. Гусейнова.

Латинизация лакского письма безусловно способствует развитию и широкому распространению художественной Л. л. В настоящее время на лакском языке выходит газета, выпускается ряд учебников, книг по общественным наукам, популярных брошюр.

Лакский фольклор богат и разнообразен. Героический эпос восходит к эпохе феодализма и отображает боевые захватнические настроения феодальной аристократии, подчас приобретая подлинно агитационный характер и восхваляя подвиги отдельных героев в борьбе с Грузией, в борьбе с Персией и Россией. Много общего у лакского эпоса с эпосом аварским не только по форме, но и по содержанию. К героическому эпосу относятся следующие произведения: «Моллачул Иса», «Даддакал Балай», «Казамиль Али», «Париль-Мисиду» и др.

Лирическая песня в значительной степени, если не исключительно, создается женщинами; темой этих песен является протест против тяжелого положения бесправной женщины, против насильственных браков. Обычный размер лакской песни (балай) — четырнадцати- или одиннадцатисложник; в настоящее время в лакскую устную лирику проникают также и другие размеры.

Лакская сказка (маха) большей частью разрабатывает общие всем народам сюжеты волшебной сказки; характерны традиционные зачины («Были не были, и куда же итти, когда не были») и концовки («Так они дошли до цели, я гулял на их свадьбе и сейчас иду оттуда»).

Широко распространенным и любимым жанром устной Л. л. являются пословицы (учальартту), в к-рых отразилась «житейская мудрость» старого феодально-родового общества: «Не оставляй хлеба, хотя б ты был сыт, не оставляй бурку, хотя нет дождя»; «Для неплачущего нет хлеба». Для развлечения употребляются загадки (ссигри), напр.: «В одной бочке два разных вина» (яйцо), «От ходьбы не устает, от еды не наедается» (мельница). Очень древним пережитком являются так наз. поговорки (учай махру); так, проходя мимо работающих, говорят: «вам будет удача», мимо молотящих — «да будет много», при каком-либо несчастном случае — «да охранит вас от несчастья» и т. п. К сожалению, богатая устная Л. л. мало изучена; собранные некоторыми лакскими работниками (Чариновым, Гитинаевым и др.) материалы еще не опубликованы.

Библиография: Чаринов М., Лакская поэзия, «Известия Общества обследования и изучения Азербайджана», Баку, 1926, № 2.

Г. Г. и М. Ч.


Дагестанские литературы. Имя Л. знали в Дагестане уже в 50—60-х гг. 19 в. На его стихах воспитывалась с 90-х гг. революционно настроенная интеллигенция. Первые переводы из Л. в Дагестане принадлежат С. Габиеву. Он перевел на лакский яз. «Желание» (1906) и «Волны и люди» (1908); они опубл. в его сб. «Звуки лакской чунгури» (1927). Лакский поэт М. Чаринов перевел клятву Демона (1913) и монолог Демона «Не плачь, дитя, не плачь напрасно» (1915). Они опубл. в «Избр. произведениях» Чаринова лишь в 1965, но известность получили сразу же, как были переведены; клятва Демона стала нар. песней, исполнялась на свадьбах, аульных праздниках. На кумыкском яз. в журн. «Танг чолпан» (1917), издаваемом писателем-революционером З. Батырмурзаевым и его отцом Н. Батырмурзаевым, печаталась «Бэла». Затем последовали пер. на кумыкский яз. стих. «Выхожу один я на дорогу» (1920), «И скучно и грустно», «Три пальмы» (оба — 1923) и др., сделанные поэтом Т. Бейбулатовым; позднее он включил их в свой «Сборник стихов и песен» (1926). Первое отд. издание на кумыкском яз. — поэма «Измаил-Бей» (1925) в пер. А. Алиева, этот пер. до сих пор не утратил худож. ценности.

С 30-х гг. стихи Л. начинают переводиться на все осн. языки Дагестана для школьных хрестоматий. В 1940—41 вышли «Сборник стихов» Л. на аварском яз. в пер. З. Гаджиева, «Избранные произведения» на лакском яз. в пер. Ю. Хаппалаева, на лезгинском яз. в пер. С. Шихалиева, табасаранском яз. в пер. Б. Митарова; «Избранные стихотворения» на татском яз. в пер. Д. Дербентского (Атнилова), «Кавказский пленник» на даргинском яз. в свободном пер. Х. Сулейманова. На аварском, даргинском, кумыкском, лакском, лезгинском, табасаранском и татском языках был издан «Ашик-Кериб». Из позднейших изд. наиболее значительны: сб. кумыкских пер. И. Асекова «Кавказ» (1948), включавший стихи Л. на кавк. темы или созданные на Кавказе; «Кавказские поэмы» на аварском яз. (1956) в пер. О.-Г. Шахтаманова: «Черкесы», «Кавказский пленник», «Аул Бастунджи», «Хаджи Абрек», «Мцыри», «Демон»; сб. «Стихи и поэмы» (1977), куда вошли переводы М. Саидова на аварский, М.-З. Аминова и Хаппалаева на лакский, И. Гусейнова и А. Саидова на лезгинский, М. Митарова на табасаранский языки.

В 1970 вышел первый полный пер. «Героя нашего времени» на аварском яз. (переводчик М. Саидов), в 1971— на лезгинском (переводчик М. Гаджиев), в 1977 — на лакском (переводчик Н. Юсупов). Расулу Гамзатову принадлежат пер. на аварский яз. стих. Л. «Смерть поэта», «Тучи», «Утес», «Прощай, немытая Россия». На даргинский яз. переводили Л. поэты Р. Рашидов и С. Рабаданов. Первый удачно перевел лирику, поэмы «Беглец» и «Мцыри». Пер. «Демона» (1963) Рабаданов представил как дипломную работу при окончании Лит. ин-та. На лакский яз. «Демон» переведен Хаппалаевым (1940). Хотя круг переводов из Л. довольно широк, но чаще других переводились произв. о Кавказе, особенно с сюжетами, близкими Дагестану: «Дары Терека», «Сон» («В полдневный жар в долине Дагестана»). Не только лирич. стихи, но и нек-рые поэмы переводились многократно. Дважды (поэтами Аткаем и А. Аджиевым) переведен на кумыкский яз. «Беглец», на аварский (Гамзатовым и Шахтамановым) — «Измаил-Бей».

Ранние переводы не отличались особой точностью. Как вольное переложение выполнил С. Габиев пер. «Желания», озаглавив его «Дума» и приблизив образы к горской песенной традиции, реалии — к жизни горцев Дагестана (вместо «шотландской арфы» в стих. появилась «лакская чунгури» и т. п.). «Дума» звучит призывом к борьбе против самодержавия. Вольными были и пер. Чаринова. Лермонт. Тамару он превратил в горянку, дав ей имя Музият.

Ныне произв. Л. переводятся на языки народов Дагестана с возможно более полным приближением к оригиналу. Пример творч. поисков — работа Рабаданова над «Демоном». Перевод имел шесть редакций. Стремясь с наибольшей полнотой передать мысль поэмы, ее образную структуру, переводчики часто лишены возможности сохранить формальные особенности лермонт. стиха и прежде всего рифмовку, ритмику. Рифмованным стихом произв. Л. переводятся в тех случаях, когда рифма в данной лит-ре существует: на кумыкский, лезгинский, табасаранский языки. В аварском, даргинском, лакском языках концевую рифму заменяет внутренняя или чаще звуковой повтор, аллитерация. Что же касается адекватности размеров, то силлабика горского стиха делает эту задачу трудной, часто невозможной. В аварских переводах чаще всего применяются два размера — семи- и одиннадцатисложный. Одиннадцатисложником переведен на даргинский яз. «Демон». Особенности кумыкского стихосложения дают возможность в нек-рых случаях близко воспроизвести размер оригинала. Кумыкский перевод стих. «Выхожу один я на дорогу» Бейбулатова воспроизводит ритм подлинника. Ритмически близок к оригиналу пер. на кумыкский яз. стих. «Бородино» у Асекова.

Любовь Л. к народам Кавказа, его сочувственное отношение к борьбе горцев против самодержавия сделали творчество поэта особенно близким народам Дагестана. В посв. Л. стихах Асеков, Рабаданов раскрывают черты этого родства, его истоки, ищут для него широкие историч. сопоставления. Аджиев в цикле стихов, посв. классику кумыкской лит-ры Ирчи Казаку, говорит о сходстве судеб двух опальных поэтов, русского и горца. Отсвет лермонт. психологизма, углубленного раздумья, романтич. порыва лежит на стихах Р. Гамзатова, Р. Рашидова. Творчество Л. оказало плодотворное влияние на формирование жанров поэмы, гражданств. и интимной лирики. Нар. поэт Дагестана Гамзат Цадаса образно сказал о значении Л.: «В битвах и в труде наши писатели точили свои клинки на его оселке» (стих. «Лермонтов»).

Лит.: Юсуфов Р., Л. и Дагестан, «Уч. зап. Даг. филиала АН СССР. Сер. филологич.», 1964, т. 12; Гаджиев Б. И., По следам М. Ю. Л. в Дагестане, Махачкала, 1965; Капиева Н. В., Л. на языках народов Дагестана, в кн.: Сб. Ереван.

k1urh.ru under construction..